Войти Регистрация
Король бриллиантов - Гарри Оппенгеймер

Гарри Оппенгеймер в течение десятилетий возглавлял один самых больших в мире промышленных и горнодобывающих конгломератов с ресурсами, простирающимися от Кейптауна до Лондона и Аляски,— Anglo American Corporation of South Africa. Он приобрел прозвище «король бриллиантов». В равной степени его можно было бы назвать королем золота, платины, урана, ванадия и меди — фактически он контролировал мировые стратегические запасы этих металлов и минералов.

Как великий финансист, он построил империю, которую называли «китайской головоломкой» — из огромного количества контрольных и неконтрольных пакетов акций разных компаний. Сложнейший комплекс, в дополнение к контролю мирового рынка алмазов через De Beers и связанные с ним добывающие компании. Он занимался также вложением в международный банковский сектор, недвижимость, бумажную промышленность, деревообработку, угледобычу, производство локомотивов и пивоварение. Империя Оппенгеймера включает 600 компаний, действует на шести континентах, в ней занято 800 тыс. человек. Как глава этой империи, Гарри Оппенгеймер четверть века считался одним из богатейших людей мира.

Отец и сын

Идею глобальной алмазной монополии и построенной на этой основе финансовой империи Гарри Оппенгеймер позаимствовал у своего отца — Эрнеста, еврейского предпринимателя из Франкфурта-на-Майне, который занимался производством сигар и учился ювелирному делу. Эрнест Оппенгеймер прибыл в Южную Африку еще в 1902 году. Там при поддержке американского банка JP Morgan основал корпорацию Anglo American, долгое время остававшуюся крупнейшим в мире концерном по добыче минерального сырья. А еще захватил испытывавшую финансовые трудности компанию De Beers, основанную Сесилом Родсом для добычи алмазов.

Гарри полностью разделял финансовую стратегию отца: «Никто не будет интересоваться бриллиантами, если они продаются в мелких лавках». Внешне же с отцом Гарри был схож разве что невысоким ростом — 168 см. Отец родился в Германии, Гарри — в южноафриканском Кимберли (в 1908 году). Отец учился в обычной школе на родине недалеко от Франкфурта-на-Майне, а Гарри — в престижной английской школе, а затем в Оксфорде, который окончил с отличием по политическим наукам, экономике и философии. К слову, еще в Оксфорде он приобрел полотно кисти Ренуара всего за $40. Картина стоила неимоверно дороже. Гарри всю жизнь гордился столь выгодной инвестицией.

Отец выглядел всегда скромно, Гарри же был бонвиван. «Со своими щегольскими усами и блестящими глазами он мог бы сойти за жизнерадостного француза, завсегдатая бульваров»,— писал один журналист.

Гарри Оппенгеймер построил роскошную резиденцию в Кейптауне, где дорожки в парке были усыпаны шлаком золотоносных кварцитов, оставшихся после извлечения золота. Дорожки блестели на солнце настолько сильно, что, как сказал один из гостей, создавалось впечатление, что идешь по золоту.

Фундамент империи

Фото: Bloomberg via Getty Images

В полной мере как финансист Гарри развернулся после 1957 года, когда на его глазах за столом умер его отец. Гарри стал главой Anglo American и председателем совета директоров De Beers. От отца он унаследовал 100 предприятий — и добавил еще 60. Капитал был вложен не только в добычу алмазов и золота, но и в лесоводство, пивоварение, производство пластиков и удобрений, а также в недвижимость. Капитал Anglo American под его руководством вырос с 65 млн рандов в 1957 году до 24 млрд рандов ($3,7 млрд) в 1987-м.

Гарри счел нецелесообразным поиски новых месторождений золота, сосредоточившись на уже имеющихся. Он сделал главную ставку на алмазы. Контроль его на мировом рынке алмазов был абсолютным. О его успехе можно судить по тому, что в 1958 году акция De Beers продавалась в Лондоне за $15, а через десятилетие (к началу 1969 года) ее стоимость выросла в десять раз.

Главная идея Оппенгеймера: бриллианты — не просто украшение, а средство вложения капиталов.

В мире, пораженном инфляцией, идея была революционной. Оппенгеймер говорил: «Контроль над рынком бриллиантов необходим не потому, что существует перепроизводство или падение спроса, а просто потому, что значительные колебания цен, которые, справедливо или нет, признаны нормальными для других сырьевых товаров, были бы пагубны для доверия людей к такому явному предмету роскоши, как бриллианты, находящиеся в больших количествах в виде ювелирных изделий на руках у публики».

Разумеется, нашему герою помогла конъюнктура рынка. В отличие от времен Бурбонов в XX веке бриллианты, оставаясь роскошью, стали предметом массового спроса. Идея Оппенгеймера оказалась пророческой. Люди обратили внимание, что с середины 1960-х годов по начало 1970-х цена камней отличного качества росла в несколько раз быстрее, чем индекс Dow Jones. По мнению европейцев, отцы и деды которых превратились в бедняков в результате политических потрясений первой половины XX века, бриллианты гораздо надежнее, чем деньги в банке. Драгоценные камни сохранят свою ценность и тогда, когда будут изношены горностаевые мантии, а роскошные автомобили превратятся в хлам. В прошлом веке бриллианты стали еще и излюбленным предметом незаконных финансовых операций. Если $1 млн купюрами перевезти через границу незамеченным было практически невозможно, то бриллианты на ту же сумму умещались в сигаретной пачке.

Мешочек камней

Гарри полностью разделял финансовую стратегию отца: «Никто не будет интересоваться бриллиантами, если они продаются в мелких лавках»
Гарри полностью разделял финансовую стратегию отца: «Никто не будет интересоваться бриллиантами, если они продаются в мелких лавках»     
Фото: Nationaal Archief NL

Но во вложении денег в бриллианты имеется и риск. Принадлежавший Оппенгеймеру алмазный концерн De Beers Consolidated Mines, входящий в Anglo American Corporation of South Africa и контролирующий 80% мировой добычи алмазов, сбывал свою продукцию через так называемую Центральную сбытовую организацию. Ее методы работы были весьма своеобразны и отличались, если можно так выразиться, деспотизмом. В качестве официальных покупателей она выбрала ограниченное количество торговых фирм. Эти счастливцы один раз в месяц приглашались в Лондон на торги (всем остальным приходилось позднее покупать у этих оптовиков по значительно более высоким ценам).

Организация не продавала клиентам отдельные камни, а вручала каждому полотняный мешочек с ассортиментом алмазов всевозможного размера, формы и стоимости. Мешочек можно было купить только целиком. Представители Оппенгеймера объясняли такую странность тем, что этот метод якобы не дает никому из покупателей занять монопольное положение на рынке алмазов определенного размера и таким образом влиять на рынок. Далее покупатели Оппенгеймера отправляли алмазы на огранку.

Король в оппозиции

Оппенгеймер выступал против апартеида. Подчеркивал, что апартеид экономически убыточен, так как подвергает страну экономической и финансовой изоляции
Оппенгеймер выступал против апартеида. Подчеркивал, что апартеид экономически убыточен, так как подвергает страну экономической и финансовой изоляции. Фото: Avusa / Getty Images

Подобно своему отцу, который занимал пост мэра города Кимберли и был депутатом парламента, Гарри отдал дань политической деятельности. В течение девяти лет он был членом парламента от оппозиционной Юнионистской партии и считался ее главным специалистом в области финансов. Его позиция была своеобразной — по южноафриканским понятиям он был либералом, выступавшим против апартеида. При этом Гарри подчеркивал, что апартеид экономически убыточен, так как подвергает страну экономической и финансовой изоляции. Оппенгеймер, высокообразованный человек, много путешествовавший и проводящий в Лондоне столько же времени, сколько в ЮАР, служил для правительства Южной Африки источником постоянного беспокойства. Но, поскольку финансовые и промышленные интересы Оппенгеймера имели первостепенное значение для экономики страны, члены правящей партии не осмеливались идти дальше завуалированных угроз.

В конце 1950-х годов он постоянно курсировал между Йоханнесбургом, где находился офис Anglo American Corporation of South Africa, и Кейптауном, где заседал парламент. Проведя там половину недели, он возвращался обратно, чтобы посвятить время работе над финансовыми вопросами. На обратном пути он обычно заезжал на свой конный завод в Мауритц-Фонтейне.

В Йоханнесбурге Гарри построил резиденцию, ставшую украшением города. Там была собрана коллекция старинного китайского фарфора и редких гравюр XIX века с печатью голландской Ост-Индской компании, корабли которой открыли Кейптаун. Гарри скромно утверждал, что не является знатоком искусства: «Не то чтобы собирал коллекцию с исторической точки зрения. Я ведь вообще не коллекционер в буквальном значении этого слова. Просто иногда покупаю вещи, если они красивы».

Выступая против правящей националистической партии, Оппенгеймер завоевал своим красноречием и остроумием репутацию оратора. Ежегодно, когда министр финансов вносил законопроект о новом бюджете, партия Гарри выдвигала его для выступления с критикой. Дебаты велись на двух языках — националисты говорили на африкаанс, юнионисты отвечали им по-английски. Оппенгеймер был единственным, кто удосужился выучить африкаанс, и коллеги по партии жутко ему завидовали, потому что были вынуждены дожидаться перевода не только речей оппонентов, но и самого Гарри.

Критика Оппенгеймером бюджета вызывала огромный интерес публики — все галереи в парламенте в такие дни были забиты до отказа. Жена Гарри обычно приглашала в Кейптаун своих друзей. Посещение выступлений Оппенгеймера было всегда эффектным. В парламент съезжались дамы в роскошных шляпах и белых перчатках и мужчины во фраках. Картина напоминала оперную премьеру.

Одну из самых заметных речей Гарри произнес, когда правительство начало проводить широко разрекламированную программу борьбы с инфляцией, которая требовала серьезных экономических мер. Оппенгеймер спокойно заявил, что правительство само себе противоречит: с одной стороны, министр финансов заявляет, что инфляцию уже почти удалось победить, с другой — требует у парламента дополнительных полномочий для борьбы с ростом цен.

После окончания речи Оппенгеймера публика вставала и уходила, как будто закончился спектакль. Дамы возвращались к коктейлям и крикету, мужчины — на товарную и фондовую биржи.

Секреты управления

Актеры Элизабет Тэйлор и Ричард Бартон

Актеры Элизабет Тэйлор и Ричард Бартон
Фото: Michael Ochs Archives/Getty Images

Гарри управлял своей империей через маленькую частную компанию в Йоханнесбурге — E. Oppenheimer & Sons, принадлежащую ему и его сыну Ники. И этой компании на бумаге принадлежало не так уж много: всего 8,2% акций Anglo American и 6,5% акций Mineral and Resources Company, в Charter Consolidated и De Beers — вообще ни одной. Эти четыре компании обеспечивали самое большое предложение алмазов в мире и, как говорили в конце 1980-х годов, «самое большое в некоммунистическом мире» предложение золота и платины. Секретом менеджмента Гарри было косвенное управление — через бесконечные холдинговые компании. В Америке, Европе и Австралии при его жизни даже не подозревали, что десятки тысяч компаний либо созданы, либо приобретены Оппенгеймером.

Гарри Оппенгеймер завещал свою империю семье. В том числе 40% акций De Beers и 2% акций Anglo American. В 2011 году семья решила продать свои акции De Beers за $5,1 млрд — причем продать именно Anglo American. Все члены семьи, включая Ники и его сестру Мэри, заявили, что пришла пора искать новые сферы бизнеса, тем более что De Beers набрала много долгов и перестала приносить прежнюю прибыль. Ники Оппенгеймер сказал: «Приходит время, когда нужно отойти в сторону и дать другим нести твое бремя».


---Kommersant


Хотите рассказать свою историю успеха, заявить о себе на аудиторию в 40 тыс человек? Есть уникальный кейс по продвижению юридических услуг? Пишите нам на press@platforma-online.ru. Самые интересные истории будут опубликованы на PLATFORMA Media.


Мы пишем о стартапах, Legal Tech, новых моделях заработка, неординарных героях со всего мира и технологиях роста. Ежедневно мы публикуем важнейшие новости, мнения, обзоры и аналитику.

Почта доверия для инсайдов (ничего не будет опубликовано без вашего согласия): secret@platforma-online.ru.

Контакты редакции

Нина Данилина

+7 917-511-44-17